Начавшаяся в Онтарио избирательная кампания как-то неожиданно коснулась темы, которую не очень принято открыто обсуждать в толерантном канадском обществе. Это отношение к меньшинствам. В данном случае речь идет о религиозных меньшинствах. Точнее, о религиозных школах тех религий, которые исповедуют этнические меньшинства. В принципе, "правильный ответ" на все вопросы по теме этнических меньшинств и их интеграции в канадское общество давно уже известен. Но такова уж природа единственно правильных ответов, что со временем они ветшают, теряют свою прочность и рассыпаются, оставляя ошарашенную публику перед необходимостью иметь дело с тем, что после этого осталось.

Итак, о чем речь? Лидер консерваторов провинции Онтарио Джон Тори пообещал обеспечить государственным фондированием все религиозные школы Онтарио и ввести их в систему государственного образования с распространением на них принятых в провинции стандартов обучения - в смысле, обеспечить выполнение требований по сертификации учителей, привести школьные программы в соответствие с провинциальными требованиями и так далее. Казалось бы, религиозным школам только радоваться - государственное фондирование вещь все-таки приятная. Но не тут-то было... Идея как-то сильно не понравилась ни публике, ни тем, кто стоит за религиозными школами. Одни стали кричать, что денег и на обычные школы не хватает, а тут еще у них отберут и дадут тем, кому они не сильно нужны. Те, кто стоит за религиозными школами, тоже не захотели государственного контроля и стали кричать о свободе вероисповедания и прочих подобных материях. В общем, вышло у консерваторов на первый взгляд неуклюже. Причем, опять же на первый взгляд, их инициатива не имеет никакого отношения к тому, о чем я написал в самом начале, то есть к этническим меньшинствам. На самом деле все это только на первый взгляд.

Специально или сами того не подозревая, консерваторы Онтарио подняли вопрос, который в последнее время достаточно часто всплывает в обсуждениях. А именно, а каким будет канадское общество в скором будущем? В каком направлении и каким образом вести его формирование в условиях, когда страна стремительно меняет свое лицо в силу массового притока иммигрантов различного этнического происхождения? Конечно, может быть не самый умный шаг строить свою избирательную кампанию на такой неоднозначной теме, но зато это отличная возможность перевести вопрос из разряда эфемерных в категорию тех, что уже сейчас требуют ответа. Дело в том, что тема включения религиозных школ с сферу государственного контроля на самом деле звучит несколько иначе - будет ли канадское общество развиваться на идеологии "лоскутного одеяла" или должно вернуться к идее "плавильного котла"? Именно такова цена данного вопроса. Консерваторы дали явный сигнал, что они за интеграционные процессы, чего-бы это не стоило.

Считается, что Канада является многонациональной и полиэтнической страной. Стратегия построения современного канадского общества базируется на доктрине "многокультурности", которую ассоциируют с именем Трюдо (бывший премьер-министр Канады в 70-е и начале 80-х годов 20-го века). Суть ее в том, что каждая этническая группа, проживающая в Канаде, имеет право на культурную автономию, на которую никто не имеет право покушаться, ибо культурное наследие каждой из этнической групп является достоянием Канады. Как я понимаю, была она предложена Трюдо в те годы, когда борьба за независимость Квебека достигла весьма опасного накала, и целью ее было успокоить франкоязычное население, дать ему больше прав. То есть идея мультикультурного общества нужна была Трюдо для его борьбы за сохранение федерального устройства Канады. Эта политика долгое время являлась священной коровой канадского общества - ей поклонялись, ей приносили жертвы, ею восхищались, на нее молились. Тех, кто выступал против, записывали в разряд ретроградов и соответственно предавали анафеме. В принципе, изначально все это имело смысл, и на определенном этапе благодаря ей удалось добиться определенной стабильности. Но, как водится, решая одни проблемы, в результате получили другие.

Доктрина "мультикультурного общества" утвердилась примерно лет тридцать назад, она оказала сильнейшее влияние на иммиграционную политику Канады и соответственно способствовала изменению лица страны, в первую очередь ее мегаполисов. Но самое главное, она изменила суть формирования канадского общества.

Начиная с момента образования страны кленового листа ее население формировалось выходцами из Европы, которые постепенно смешивались друг с другом, образуя канадскую нацию. То есть имел место плавильный котел, в котором постепенно теряли свои различия те национальные группы, что образовали эту страну. Хотя, истины ради стоит отметить, что процесс этот происходил не очень уж резво и далеко не с самым высоким коэффициентом полезного действия. До сих пор, после сотен лет совместной жизни, франкоязычная часть Канады стоит особняком и время от времени порывается отделиться. По крайней мере, акадийское наследие живо достаточно сильно, в первую очередь в атлантических провинциях, и о нем никто не собирается забывать. Также хорошо сохраняются шотландские, ирландские и английские традиции. Если говорить про другие народы, например поляков, украинцев, итальянцев, португальцев и прочих греков, то и они упорно сохраняют свои традиции, несмотря на то, что многие из представителей этих общин являются канадцами в третьем-четвертом поколении. Причем речь идет о народах с общими европейскими корнями, то есть которые внешне не имеют явных отличий друг от друга, у которых практически одна религия и общая культурная база, и которые своим происхождением связаны с одним и тем же регионом. Тем не менее, даже в такой среде различия сохраняются достаточно долго. Самое главное, канадское общество века существовало во многом при превалировании двух основных групп - англо-саксонского происхождения и французского. Именно соперничество этих основных групп и необходимость искать компромисс определяло жизнь Канады. К слову сказать, в США также достаточно длительное время все определяли англосаксы, там даже бытовало расхожее мнение, что настоящий американец это WASP - белый англосакс, исповедующий протестанство. Все иммигранты из неанглоязычных стран, приезжающие в Канаду и США, были вынуждены считаться с этими реалиями и им ничего не оставалось, как ассимилироваться и интегрироваться в местное общество. Конечно, дело это было нелегким, и статус у них долгое время (а то и пожизненно) был ниже, чем у местных жителей, но таковы были правила игры - сам выбрал судьбу иммигранта, хочешь не хочешь лезь в плавильный котел и становись канадцем (американцем). Именно в ту эпоху сложилось убеждение, что "иммигрант - это навоз для последующих поколений". Да, их дети становились уже настоящими канадцами (американцами). Если не дети, то внуки и правнуки. Так формировалась нация. Правда, в сельской местности процесс этот шел весьма и весьма медленно, там места компактного поселения национальных групп являлись в какой-то степени автономными образованиями. В таких районах люди поколениями говорили на родном языке, сохраняли свои обычаи и справляли свои праздники. Ярким примером может служить район Акадии (территория атлантических провинций Канады и штата Мэн в США), заселенный выходцами из Франции, или Dutch country в Пенсильвании, заселенная этническими немцами.

Это я все к тому, что плавильный котел хотя и работал, но не так эффективно, как кому-то кажется - попавшие в него должны были вариться достаточно долго, чтобы стал виден результат. Это не мартеновские печи, здесь процесс деликатный, требует медленного огня, определенного соотношения ингредиентов и постоянного помешивания. Спрашивается, почему акадийские районы вот уже сотни лет продолжают оставаться носителями древних традиций, завезенных в Канаду еще их далекими предками? И тем более как не растворились в англоязычном населении Северной Америки франкоязычные жители Квебека? Ответ в общем-то простой - и у жителей акадийских районов, и у жителей Квебека была самодостаточная среда обитания. Нечто похожее мы сейчас наблюдаем в крупных мегаполисах Канады и США, где многие этнические группы живут самодостаточными общинами, не интегрируясь и не имея никаких мотивов для интеграции в канадское (американское) общество. Более того, многие члены этих общин даже не владеют английским языком и не собираются им овладевать, потому что прекрасно обходятся без него.

То, что написано выше, как бы экскурс в историю. Который тем не менее показывает, как тяжело идет процесс интеграции чужеродных национальных групп в то или иное общество. А теперь время вернуться к нынешним реалиям и посмотреть, а что собственно происходит сейчас и в каком направлении развивается ситуация.

Начнем с того, что мир стал более мобильным и открытым. Это привело сразу к двум моментам:

возможность передвигаться по миру и общая мировая интеграция дала возможность практически всем национальным и этническим группам выбирать себе место для жизни. Как результат, в Канаду и США стали прибывать в большом количестве не только люди с европейскими корнями, но и представители совершенно иных этнических, культурных и религиозных групп. Причем во многом настолько иных, что о традиционной интеграции в новое общество речи уже не идет - тому же китайцу, филиппинцу или выходцу из Ганы практически невозможно стать своим среди англосаксов по причине явных внешних отличий.

во многих случаях иммиграция потеряла свой изначальный смысл - переезд на постоянное место жительство. Это раньше, чтобы добраться до Канады со всей семьей и скарбом из Италии или Греции нужно было пройти через дорожную маету, через тяжелые времена обживания на голом месте и построения своего небольшого уютного мирка. После такого бросить все и уехать обратно было немыслимо (тем более что путь обратно также требовал усилий). Сейчас все по другому - отправил контейнер с пожитками, сел в самолет, нашел работу и живи. Не понравилось - уволился с работы, отправил контейнер обратно, сел в самолет и ты дома. Связь с родными краями не теряется ни на секунду - интернет, телефон, спутниковые каналы телевидения, при желании можно долететь по родных краев максимум за сутки. Люди перестали рассматривать иммиграцию как расставание со своей родиной навсегда, это больше стало просто сменой места жительства (порой временной) или длительной командировкой.

Все это никак не работает на идею плавильного котла. Точнее наоборот - основательно затрудняет его работу. Особенно сильное действие на этот процесс оказывает то, что формируются этнические самодостаточные общины, которые препятствуют интеграции своих членов в канадское общество. На ум всегда приходит аналогия с приготовлением желе. Для того, чтобы желатин растворился в воде, его нужно всыпать медленно и небольшими порциями. Стоит сыпануть много, то он сворачивается в плотный комок, растворить который потом бывает очень и очень трудно, а порой и невозможно. Как результат, процессу растворения скукожившегося комка желатина приходится уделять гораздо больше времени и применить дополнительную силу, размазывая его ложкой по стенкам кастрюли. Вот что-то аналогичное происходит и с этническими общинами. Когда представители этнических групп приезжают в новое общество и оказываются в изоляции, они вынуждены интегрироваться и ассимилироваться среди коренного населения, им просто деваться некуда. Когда представителей той ли иной этнической группы становится много, они кучкуются, начинают оказывать друг другу поддержку и постепенно формируют сильную самодостаточную группу с эффективной системой взаимовыручки. Такие группы крайне неохотно пускают чужаков в свой круг, являясь для них закрытым образованием, в свою очередь проводя по отношению к своим членам политику протекционизма. Более того, когда эти группы набирают силу и вес, они начинают активно влиять на политику и экономику страны, что мы в настоящий момент наблюдаем в Канаде. Если при этом им не оказывается серьезное сопротивление, они усиливают свое влияние, делая жизнь членов своей общины более комфортной, тем самым повышая ее самодостаточность и изолированность от остального общества. Это в общем-то нормальный алгоритм выживания, заложенный в нас на биологическом уровне и закрепленный в нас историческим опытом - "держись своих", "мы сильны, когда вместе", и так далее. Плюс прибавьте элемент ксенофобии, заложенный в каждом человеческом индивидууме на биологическом уровне, и вы получите то, что мы имеем.

Это я все к тому, что идея всеобщего равенства и братства, взаимоуважения и полной толерантности несомненно красивая и благая цель. Которая, однако, к реальной жизни имеет весьма опосредованное отношение. Точнее, она когда-то может быть и будет воплощена в жизнь, однако для этого нужны очень специфические условия, длительное время и тонкое управление процессом. Если процесс пустить на самотек или наоборот, начинать управлять им путем подачи неверных команд, последствия скорее всего будут совсем не такими, как нам хочется. Не стоит забывать о таком свойстве человеческой натуры, как нелюбовь к чужакам, стремление сбиваться в землячества, идти по наиболее простому пути, использовать испытанные временем решения и тому подобные материи. Также не стоит забывать, что когда нет условий для интеграции и ассимиляции, тут же начинается борьба за влияние и подавление более агрессивной группой тех, кто менее агрессивен - в этом случае интеграция заменяется выдавливанием одной группы другой и ее подчинением.

Вывод из всего сказанного такой - для интеграции важно выполнение такого условия, как вливание в смесь чужеродных примесей небольшими порциями, равномерно и достаточно медленно. Глядя на то, что сейчас происходит в Канаде, США и Европе, можно смело сказать, что это условие не выполняется. Отсюда и нарастающее число этнических конфликтов в мире, разного рода Кондопоги в России, волнения в пригородах Парижа и многотысячные демонстрации эмигрантов в США. Канада на этом фоне выглядит конечно вполне благополучно, но благополучие это, как мне кажется, не очень стабильное - как все в Канаде, процессы развиваются в закрытых для глаза пространствах, незаметно. Однако по ряду отдельных признаков складывается впечатление, что в недрах благополучного общества зреют проблемы, которые могут аукнуться нам в будущем. В частности, в недавнем прошлом мы уже имели крупный скандал с раскрытием молодежной исламистской группировки, готовившей теракты на территории Канады, постоянно всплывают обсуждения темы этнической преступности, и так далее. Это как бы одна часть проблем. Опасно и другое - канадское общество становится все более рыхлым, теряет прочность, превращается из монолитной страны в территорию для комфортного проживания. Пока этот процесс только обозначил себя, причем в основном в крупных мегаполисах. Более того, в нынешних условиях вряд ли можно говорить о какой-то существующей угрозе канадскому обществу в этой части. Однако что произойдет, если процесс будет набирать силу, особенно в случае возникновения ситуации "если завтра война"? Я ответа на этот вопрос не знаю. Могу лишь только констатировать, что эта проблема является бомбой замедленного действия не только для Канады, но и для США, Европы и России.

В этом контексте план консерваторов установить контроль над религиозными школами мне кажется весьма разумным шагом - именно в религиозной среде, как правило, формируются радикально настроенные группы, именно религиозные связи являются цементом для формирования этнических общин. Конечно, своим предложением консерваторы подняли руку на священную корову - доктрину многокультурной Канады, чем вызвали град нападок на себя. С другой стороны, а куда деваться? По мне так лучше зарезать священную корову, чем осложнять себе жизнь во имя абстрактных идей.

Как мне кажется, в ближайшее годы нужно ждать серьезных подвижек во взглядах на то, как должно строиться канадское общество. Просто потому, что вопрос уже назрел, количество начинает переходить в качество, и это требует корректировки курса. В каком направлении? Вряд ли кто может сказать определенно, в Канаде слишком все запутано. Это в России там или в Германии можно еще отыграть все обратно, избавиться от накапливающихся проблем одним росчерком пера (если найдется кто-то, кто возьмет на себя такую ответственность). В Канаде эта точка уже давно пройдена, и не остается ничего другого, как только искать новую форму формирования общества, которая может стать примером для всех остальных. Если, конечно, ее вообще можно будет найти, и не произойдет простое вытеснение одних этнических групп другими, раскол на отдельные территории и тому подобные страхи, которые даже не хочется рассматривать. И в том, что представители консервативной партии начинают уделять внимание этим вопросам, я вижу хороший знак. По крайней мере, это сигнал того, что этим вопросом будут заниматься, пусть даже если сигнал этот неосознанный. А нам, русским, живущим в Канаде, пока суть да дело, стоит брать пример с представителей других этнических групп и плотнее сбиваться в стаю. Так будет надежнее.

 

2007.09.17